Интервью с выдающимся пластическим хирургом современности – Отари Гогиберидзе о том, бывают ли мужчины в его кабинете, для чего становятся пластическими врачами и что самое интересное в такой работе. Не переключайтесь – будет интересно!

Отари, расскажите, пожалуйста, про детство. Кем Вы мечтали стать в детстве?

Буквально с 6-го класса я мечтал стать врачом. Получилось это очень просто –  в 12 лет я попал в больницу с элементарной травмой и там мне безумно понравился образ доктора – хирурга.

С 15 лет я пошел на Учебно-производственную практику  на маленькую ставку простым санитаром, чтобы попробовать, насколько медицина мне подойдет. Я попал в четвертый роддом г. Москвы. И именно там, разгребая грязные пеленки, я понял, что работа врача мне безумно интересна. Около 3-х лет с 9-ого класса я параллельно с учебой работал санитаром.

Otari Gogibidze

После школы, когда поступал учиться, я точно знал, что буду хирургом, но каким хирургом – я тогда не представлял. Уже в конце обучения, я стал дежурить в больнице. У нас здорово была построена система обучения в «Дружбы народов» – мы могли  приходить на дежурства, ассистировать докторам. Конечно, мы сами ничего не оперировали, но мы знали, что можем помочь – и так мы учились.

Ближе к окончанию учебы  появилась возможность попасть на кафедру челюстно-лицевой хирургии. Мне там очень понравилось и я пошел в ординатуру. В Москве сейчас ведущие пластические хирурги – это выпускники нашей кафедры. И я все время видел, как работают пластические хирурги, как они выглядят, какие у них пациенты. Так я стал заниматься пластикой и мне все это очень подошло.

Мама и папа  у Вас чем занимались?

Мама – математик, папа – химик по образованию.

А они не были удивлены Вашим выбором?

Нет. Никто не был против. Очень спокойно отнеслись: «Если ты хочешь – давай». Я считаю, что профессия эта хорошая, многоотраслевая. Она дает очень большие знания. Я бы сказал, что медицинское – это, наверное, лучшее образование, которое можно получить. Потому что помимо анатомии, биологии, физики, химии, ты должен сдавать экзамены и по литературе, и по русскому языку. Ты должен обязательно изучать историю медицины, а это захватывает еще больше интересных моментов. Мы изучали философию, экономику, латинский и английский языки. «Дружба народов» тем более славилась тем, что у нас было два диплома: я по одному диплому – врач, а по второму –  «переводчик с русского на английский, с правом преподавания специальности медицина». Поэтому здесь я получил достаточно широкое образование и кругозор появился всеохватывающий.

Очень здорово. А как сегодня проходит день после такого разностороннего образования?

Всегда практически одинаково. Работаю я с понедельника по пятницу включительно – пять дней в неделю. Приезжаю на работу –  у меня уже сидят пациенты, которые были прооперированы. Я начинаю их принимать, проводить осмотры, перевязки, инъекции – все что необходимо, мы делаем.

Потом я обязательно смотрю уже поступивших клиентов – мы еще раз проговариваем ход операции, фотографируем – это неотъемлемая часть нашей работы. При необходимости наносим разрисовку, то есть схему на тело пациента  – границы, разрезы и т.д.

Отари Гогибиридзе 2

До этого с ним беседует анестезиолог – реаниматолог, который будет давать наркоз. После этого внутримышечно делают инъекции, чтобы у пациента пропал страх и он стал спокоен. Дальше я захожу в операционную, провожу операции. После этого заканчиваю свой операционные день, и дальше уже идет снова прием. Это может быть прием-консультации новых пациентов, или осмотр уже прооперированных. В день в среднем от 25 до 40 человек проходит перед глазами.

Понятно. А со скольки до скольки рабочий день примерно?

Обычно я начинаю работать с половины 11-ого утра, т.к. это коммерческая медицина и здесь поспокойнее все, и примерно к 20-00 я заканчиваю.

Хорошо. А почему все-таки Вы выбрали именно пластическую хирургию?

Пластическая хирургия – это широкое понятие. Сюда входит реконструктивная хирургия, ожоговая хирургия и т.д. А я занимаюсь именно эстетической хирургией, направленной на создание красоты, т.е. у меня априори здоровый пациент, который должен от меня уйти также здоровым, но с какими-то внешними изменениями. Я провожу операции, направленные на устранение возрастных изменений либо на устранение приобретенного или врожденного дефекта у пациента.

Я видел с раннего возраста, как только начал работать, как все это протекает. Я прекрасно понимаю, чем я занимаюсь, я получаю удовольствие от результата. В сентябре будет уже 20 лет, как я в этой профессии, но иногда я сталкиваюсь с тем, что то, что нравится пациенту, мне не очень нравится. Лет десять я еще как-то боролся с собой, а последние десять лет понял, что надо слушать пациента. Самый главный результат моей работы – это довольство не мое собой, а именно довольство пациента своей внешностью, своими данными, которые он получил после моего вмешательства, т.е. если он доволен, значит, я сделал все правильно.

А какие-то сложности есть в Вашей профессии? 

Самое сложное в нашей профессии – донести до пациента, как все будет. Он сначала может внимательно выслушать, кивать, а после у него возникают вопросы: «Что ж я наделал? Почему у меня синяки?». Как будто он или она в парикмахерскую пошла стрижку подровнять. Моя работа многогранна – я не только хирург, но еще и психолог. Я должен знать, как подобрать правильные слова к каждому пациенту. Я должен максимально держать себя в руках. Это очень важно, потому что, на самом деле, это и есть залог нашего успеха.

А многие ли после беседы с Вами решают, что такие последствия, как синяки, восстановительный период не стоят того, чтобы ложиться на операционный стол?

Есть такой процент и он немаленький – где-то 5-7% клиентов, которых нужно отговорить, если человек не уверен в себе и не особо понимает, что правда ему нужно делать эту операцию.

А как при таком плотном графике у Вас обстоят дела с отдыхом?

Поскольку это моя клиника и я сам себе хозяин, то я когда захочу, тогда и отдыхаю, но при этом я должен считаться с пожеланиями пациентов. В среднем в неделю проходит 15–17 операций, иногда 19. На этой неделе – 14, прошлая была – 16, позапрошлая была – 19. Для меня очень сложно себе время выделять, но все-таки, если ты уважаешь себя и свой труд и не хочешь для пациентов быть в разбитом состоянии, то ты должен все организовывать таким образом, чтобы найти еще время на отдых.

Раз в полтора месяца я отдыхаю какое-то время – обычно мне достаточно два-три дня для перезагрузки. Летом я  обязательно целый месяц ничего не делаю. Первую неделю не отпускает – такое ощущение, что нужно в операционную, потом две недели я в разгрузочном состоянии: «вот наконец-то наступила прекрасная пора – лето и все хорошо, все замечательно». И вдруг наступает момент, когда понимаешь, что самого уже тянет в операционную.

Каждое лето мы обязательно с семьей отдыхаем на море в Италии. Зимой мы едим в Баден-Баден. Помимо того, что там горный воздух и хорошо погулять, подышать – там еще есть условия для моих ног, т.к. они устают. В Грузию часто очень езжу. Я люблю колесить по разным странам. Мы ездим по конференциям, а это, поверьте, весь мир охватывает, это может быть и Канада, и Бразилия, и Австралия, и что угодно, куда только не занесет.

Плюс я занимаюсь спортом. Если есть возможность, я стараюсь плавать. Плавание очень хорошо разгружает вены, расслабляет ноги и дает успокоение. И еще  я занимаюсь кудо – это смесь карате, бокса и дзюдо.

Хорошо.  Вы, упоминая про пациентов, сказали в первую очередь – девушки, потом – мужчины. Какое примерно соотношение?

Около 5–7%  составляют мужчины, не больше.

Хорошо. И самый важный вопрос проекта. Что бы Вы им посоветовали делать тем, кто еще не нашел свое место?

Я считаю, что человек должен любить дело, которым он занимается. Профессионалом ты можешь стать, если а) много работаешь в своей области; б) если ты любишь свою работу, именно любишь – получаешь удовольствие; в) если у тебя есть правильный выход, т.е. правильный результат твоей работы. Все это достаточно просто узнать.

Otari Gogibiridze

Если ты любишь, то ты с улыбкой и с гордостью идешь на свою работу, если ты любишь, ты выполняешь свою работу на отлично, потому что ты умеешь ее выполнять. 

 Если ты видишь человека, довольного результатом работы, это значит, что ты от этого кайфуешь сам. И вот это самое основное – как твой результат оценивается другими. Пирожки ты делаешь, носы ты оперируешь, машины чинишь, в космос ты летишь – не важно, все одинаково.  Главное, чтобы ты выдал одинаково хороший результат.

 

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s