Интервью с основателем клуба путешественников “Робинзонада”, организатором молодежного кругосветного путешествия, рекордсменом книги рекордов России – Щербаковым Алексеем Леонидовичем.

Алексей Леонидович, добрый день! Расскажите, кем вы сейчас работаете?

Я сейчас работаю директором детского клуба, который называется «Клуб Путешественников Робинзонада». Так, на визитке, по крайней мере, я пишу, но главное не название, а суть.

А кем были ваши родители?

Папа был электриком, а мама – сотрудником милиции.

А вы сами кем мечтали стать в детстве? Путешественником? Или, может, кем-то другим?

Да с возрастом все было как-то там по-разному. Был период, когда я хотел стать космонавтом – родился я в 1961 году, Гагарин как раз в космос полетел. Потом я историей увлекся и мне хотелось стать Генеральным секретарем (Президента тогда еще не было). Руководителем, короче говоря.

И куда же пошел учиться такой амбициозный мальчик?

Так получилось, что я все время участвовал в каких-то детских коллективах – формальных, неформальных – разных. Я входил в объединение «Московский городской пионерский штаб». Там были ребята уже не пионерского возраста, а практически пионервожатые. Мы с ними ходили в походы, проводили разные творческие лагеря.
И когда я стал задумываться, куда поступать в институт, то выбрал Психфак МГУ. Но не поступил. Я, конечно, жутко расстроился, но я очень хорошо знал историю, увлекался ею, даже дополнительно занимался и я на всякий случай поступил в пед (МГПИ им. Ленина) на исторический факультет с тем, чтобы стать историком или преподавателем истории. Так и остался там учиться.

А потом кем работали? После того, как закончили учебу.

Поскольку у меня рано появилась семья, то работать я тоже стал сразу. Сначала на заводе работал, а потом, параллельно с учебой я стал руководителем туристского кружка. Вообще в тот момент много разных работ было – и сторожем подрабатывал, и дворником – работал везде, где мог работать студент. На старших курсах я вел уже уроки в школе, куда и пошел после учебы на полную ставку.

А в то время оплата труда учителя была нормальной, адекватной, или всегда она была не очень высокой?

Я закончил институт в 1984 году, в закат брежневской эпохи. В те времена у нас ведь и запросы были не очень велики – никто не ездил заграницу и про машину мы отчетливо понимали, что ее купить нам не по зубам. И вряд ли будет по зубам. Зарплата учительская была не очень большой, даже по сравнению с зарплатой рабочего (я на заводе в 18 лет сильно больше получал), но она позволяла, по крайней мере, существовать, и не было ощущения, что ты находишься за гранью бедности.

Ясно, а туристическая тема получается была с вами еще с ранних лет?

Она просто раздирала меня на две части.
С одной стороны, мне очень нравилось ярко, интересно проводить уроки , и сейчас это известный метод Шаталова – с помощью опорных сигналов, различных эффективных методик или технологий, как сейчас модно говорить.
С другой стороны, мне все время очень хотелось вырваться из города и именно с детьми попробовать что-то на природе. И мы тут же начали ходить на туристские слеты (в Москве тогда проводила такие слеты учащихся).

И как вам удавалось совмещать работу учителя и эти слеты?

Мой год был очень интересно устроен – в сентябре набираешь ребят, которым интересны походы, начинаешь проводить с ними занятия. Дальше в каникулы вы вместе куда-то уезжаете, может быть, даже без палаток, потому что холодновато – ночуете где-то в школе и делаете какой-то небольшой поход.
А дальше, ближе к лету, идет подготовка к этому слету – проводятся разные соревнования. И наконец уходишь в большой поход – либо по Подмосковью, либо даже по другим районам Советского Союза. То есть, можно было пойти на Кавказ, на Урал, на Кольский полуостров. Все зависело от того, какая квалификация у тебя, как у руководителя. Поэтому я параллельно закончил специальную школу, где готовили инструкторов детско-юношеского туризма. Там я еще и спортивную квалификацию получил, не только учился, как правильно организовывать походы с детьми. Это ведь колоссальная ответственность!
Т.е. день проходил так: уроки, после уроков домашние дела, по выходным – туркружок, в каникулы – какие-то поездки, и так по кругу. А летом – большое путешествие.

А как это хобби превратилось уже в полноценную работу и перешло в отдельный бизнес в виде «Робинзонады»?

Меня в какой-то момент просто выплюнуло из школы. В то время я уже был не просто учителем, а заместителем директора по воспитательной работе, т.е. по внешкольной работе. Это концерты, мероприятия, те же самые турслеты. Мы даже открывали вместе с Борисом Николаевичем Ельциным школу-новостройку 1119 в Раменках. И меня туда пригласили работать заместителем директора.
Мы там развернули такую кипучую деятельность – стали проводить после школы разные занятия, делать уже такие туристско-трудовые лагеря, когда в палатках выезжали и проводили занятия. И постепенно возникла идея создать отдельный такой досуговый центр. Мне и предложили его возглавить. Я, фактически, из школы ушел в этот досуговый центр, который не только туризмом занимался, но и всем остальным. Компьютерное направление у нас очень большое было, шахматное направление и многие другие. Но для меня главным и любимым делом оставалась туристская деятельность – совершение этих походов и путешествий.Щербаков Алексей Леонидович
Будучи уже директором этого досугового центра, я все равно продолжал водить ребят в походы, в то время мы как раз стали проводить на Валдае большой лагерь. (Валдай – это Валдайская возвышенность, где просто в леcу мы на все лето открывали лагерь). Сначала с детьми все сами делали – обустраивали территорию, строили простейший бытовой дом: кухню, столовую, туалет, душевую – баню; а потом, чтобы это не простаивало, мы стали приглашать в этот кемпинг всех желающих уже за небольшую плату. И постепенно эта Валдайская тема занимала все больше времени, а мы стали еще большие походы совершать. И проработав 12 лет в директорской должности, я сказал себе – все, буду заниматься только путешествиями, детским туризмом, активным детским отдыхом – чем, собственно говоря, я сейчас и занимаюсь.

В Робинзонаде сейчас уже очень много программ разрослось после Валдая.
И в теплых странах, и в горах – Валдай все-таки остается для вас самой любимой?

Понимаете, «Робинзонада» начиналась как программа такого путешествия-приключения, где в какой-то момент реально попадаешь в Робинзонаду и один на один остаешься на природе, и твоя задача – комфортно, насколько это возможно, в природе себя почувствовать и просуществовать. Поэтому и сейчас у нас лагерь на Валдае именно этому посвящен, развернут. Там разноуровневые программы: для ребят от 10 лет и до более старших. Для кого-то «Робинзонада» – это просто 24 часа на соседней поляне и все должен сделать сам, а для кого-то «Робинзонада» – это большой и сложный поход.
Но все равно Валдай – и Валдайский лагерь, и Валдайская «Робинзонада» – это предмет моей гордости и предпочтения, наверное.
А с тем, кто там вырастает – уже можно ходить в более серьезные походы.

robinzonada
robinzonada2
robinzonada3
robinzonada4

А много вообще участников сейчас ваших программ?

Летом на Валдае с нами отдыхало 3 000 детей.

Ого! А откуда вообще появилась эта идея оставлять детей одних на природе, как Робинзона?

Когда мы водили ребят в большие походы, чтобы если вдруг он отстал и заблудился, то знал бы как себя вести. Там основное правило: если ты в большом путешествии отстал, заблудился– ты должен остаться на месте и обеспечить себе приемлемое существование – т.е. ты должен уметь разводить костер, поддерживать тепло, в общем сохранишь себя до того момента, как тебя найдут. Это принципиальная вещь. И мы в Валдайском лагере как раз стали тренировать ребят на то, чтобы они умели это делать. А поскольку этот эксперимент, когда ребенок должен один в лесу справиться очень похож на деятельность Робинзона, название родилось само собой – Робинзонада.
И из этого возникло целое приключение, потому что когда ребенку 10-12 лет и он городской, малопривычный к таким вещам, а тут ему в одиночку придется вот это все делать – это очень мощный психологический вызов. И мы называем это приключением, потому что действительно один на один – это трудно. И оно является такой основой наших программ и проводится в каждом нашем походе в той или иной форме. И это является нашей визитной карточкой.
В целом, это приключение человека очень сильно продвигает, потому что он понимает свои возможности, силы, он учится достойно выходить из сложных ситуаций, а это вообще важное умение в жизни, особенно для мужчин, наверное.

Кстати, мальчиков наверняка больше в таких походах или нет?

Раньше действительно у нас была такая пропорция, что мальчиков было где-то в 2 раза больше, чем девочек. Но если мы сейчас посмотрим в целом по компании, по всем нашим программам, которые проводятся, то количество мальчиков и девочек будет примерно одинаковое.
И тут еще такая интересная особенность: оказывается, что мамы, которые в основном и принимают решение, отправить ребенка в лагерь или нет, гораздо спокойнее отправляют в такие программы девочек. И очень переживают за несобранных, таких еще не готовых, как им кажется, мальчиков. Больше за них беспокоятся. А девочки, на самом деле, легче идут, быстрее принимают решения, более независимые. Они и по возрасту опережают мальчиков в это время, поэтому так и получается.
Хотя, конечно, когда мы берем сложные путешествия, то там количество девочек из-за нагрузок уже сокращается и их будет в 2-3 раза меньше, чем мальчиков.

А как вы, какой-то кастинг проводите, насколько ребенок готов к тому или иному походу?

Дело в том, что более сложные походы подпадают уже под спортивную классификацию походов, и там есть набор особых требований к совершению похода. Они там все определенных категорий: первая категория – это самая нижняя, вторая –выше, третья – еще выше. И ты не можешь пойти в поход второй категории, если ты не поучаствовал в первой. Поэтому все само собой фильтруется.

Для проведения таких походов нужны очень подготовленные инструктора – я видела на сайте, что у вас их довольно много, где вы их берете? Расскажите вообще о своей команде.

На самом деле, команда – это самое ценное, что у нас есть. Тут поспешно ничего невозможно создать. Очень многие из нас выросли из «Робинзонады», потому что мы существуем с 1991 года и проводим программу уже больше 20 лет. Соответственно, когда-то ребята сами были участниками программ, либо пришли в нашу школу инструкторов «Робинзонады». Мы ее и открыли изначально как раз для того, чтобы учить своих инструкторов – там для них проводят специальные занятия, на которых мы их готовим к различным испытаниям, учим работать с детьми, и сами повышаем туристский опыт. Постепенно кто-то уходит, кто-то остается – происходит естественный отбор. И вот наиболее лучшие и сильные остаются в команде и им очень нравится.
В наших инструкторах ведь два качества должно сочетаться. С одной стороны, ты должен быть профессионалом с точки зрения проведения различного рода туристских мероприятий, и у тебя должна быть хорошая адаптивность – способность к автономному существованию в дикой природе, в разных условиях плюс физическая форма.
А с другой стороны, поскольку ты работаешь с детьми, у тебя должна быть определенная харизма, чтобы тебя воспринимали как лидера. К тому же, ты должен любить детей. Тебе должно нравиться то, что ты делаешь.
И вот если эти два качества сочетаются, то все здорово. Потому что иногда бывает, что супер спортсмен, но дети ему никак. Или наоборот – с детьми хорошо, а физически и психологически не очень. И то, и другое – не наш вариант. В нашей команде только те, в ком эти качества сочетаются.

А есть ли сегодня конкуренция на рынке среди подобных туристических проектов?

Да, конечно. Конкуренция всегда была. С самых первых лет не были мы единственными, кто проводил «Робинзонаду», и это хорошая конкуренция – она нас двигает.
С одной стороны, кажется, вот, не будет конкурентов, будет хорошо. Но с другой стороны, получается как раз наоборот – что-то конкурент у тебя берет, что-то ты у него. К примеру, мы в свое время на всех наших программах начали делать веревочный тренинг. А если мы сейчас возьмем детский отдых, то только ленивый в своем лагере не делает веревочную трассу. Ведь это ярко, удобно, эффективно. Получается, что как раз конкуренция позволила детям во всех лагерях, кто организовывает туристского направления, проходить эти веревочные трассы. И это хорошо.

А какие новинки вы сейчас заготовили для ребят?

Есть программа у нас в пансионате в Подмосковье «Дети Шпионов» – там нет прелестей, допустим, палаточной жизни, зато появилась такая творческая нотка, которую там в полевых условиях трудно было сделать. К примеру, в пансионате изучают шифры, учатся основам маскировки, перевоплощения, к тому же есть возможность отправить более юных ребятишек в лагерь.

шпионы 3
шпионы

Где-то у нас волшебные программы для совсем маленьких, например, «Тайны Хогвартса» по мотивам сюжетов, связанных с Гарри Поттером. Там ребята пробуют свои силы в волшебстве, перевоплощении. Нам иногда родители звонят и говорят: «Слушайте, какая беда, он где-то там у вас оставил свою мантию и волшебную палочку, передайте, пожалуйста – очень нужны!» То есть, для детей это хорошо. Ну и отдых яркий, интересный. Но самое главное, что он все равно активный – ты должен преодолевать препятствия, бороться с трудностями. Тогда этот отдых получается не убиванием времени, а отдыхом, где ты развиваешься. И девиз у нас такой: «Активный отдых – успешная жизнь». То есть, мы говорим, что через активный отдых человек привыкает к успеху в жизни, и дальше с этой готовностью бороться за успех он становится взрослым человеком. Это важно.

А нестрашно ли вам брать на себя такую ответственность? Дети ведь все-таки. Были какие-то опасные моменты за время вашей работы?

Конечно, бывают разные опасности. Но поскольку мы ходим с детьми, то мы тщательно выбираем маршрут, все согласовываем. На всех наших программах обязательно присутствует врач, причем врачи – это тоже наша особая гордость. Ведь команда врачей которую мы собрали, тоже сочетает в себе умения докторов и готовность к путешествиям, это важный момент. В более сложных походах у нас есть система аварийной поддержки, вплоть до того, что если приходится, мы вызываем вертолет. У нас был такой случай, когда у девочки было подозрение на серьезную болезнь, и мы вызывали вертолет и ее эвакуировали.

То есть, опасно везде. А опасности, которые возникают именно в полевых условиях, они страшны не самими опасностями, а тем, что нельзя быстро обратиться за медицинской помощью. Но мы эту задачку решаем указанными выше двумя способами. Первый способ – у нас есть врач, второй способ – это мы планируем свои путешествия так, что чего бы ни происходило, в течение максимум трех часов человек мог попасть в медицинское учреждение. И это максимум. А так на наших площадках скорая помощь – это, как правило, в пределах 40 минут до больницы.

Плюс ко всему, у нас каждый инструктор, каждый руководитель проходит курсы первой помощи, которые проводит Красный крест. После них человек очень четко понимает, что нужно делать в каждой нехорошей ситуации. Но, тьфу-тьфу-тьфу, наверное, потому что мы очень много уделяем безопасности, у нас каких-то серьезных, и тем более печальных событий не было и, я думаю, не будет. Все-таки, бывают ушибы, бывают травмы, бывает, даже кто-то руку ломает, как правило во время спортивных игр или еще чего-то. По-разному бывает, но тем не менее как-то до минимума стараемся свести это.

Вы много где бывали в нашей стране – нет ли у вас ощущения, что мы (россияне) редко путешествуем по родной стране, хотя и здесь есть множество красивых мест, о которых просто никто не знает.

Во-первых, не все россияне могут путешествовать чисто из материальных соображений.
Во-вторых, у нас есть регионы, где, к сожалению, уровень бедности ни в какое сравнение с Москвой не идет. Что касается тех, кто может позволить себе путешествия, беда заключается не в том, что не знают регион, беда заключается в том, что у нас нет под это условий. То есть, если вы в Европе, куда бы вы не приехали, можете рассчитывать на душ, туалет и нормальные бытовые условия, то если вы отъедете на 200 километров от Москвы, то удобства, которые вам предложат в гостинице, если это небольшой город, будут сильно непохожи на те, к чему мы привыкли в Москве и за границей. Вот в чем основная проблема, на мой взгляд.

Ваш проект сосредоточен только на детях? Мне кажется, формат «Робинзонады» был бы очень интересен и современным избалованным взрослым. Думали вы об этом?

Нам периодически заказывают корпоративы для компаний в этом стиле. Мы пытаемся это делать и делаем, но это не наш конек, потому что у нас достаточно жесткие требования с точки зрения курения, выпивки – эти вещи мы запрещаем категорически, и поэтому зачастую нам сложно уйти в этот взрослый сегмент. Собственно говоря, мы и не пытаемся.
На самом деле, хороших лагерей, куда можно спокойно отправить ребенка, не так много.. Для родителей ребенок – это, все-таки, самое ценное, и родители в этом плане очень избирательны. Поэтому мы держимся в своей нише и развиваемся в ней.

Теперь расскажите о самой работе. Как проходит ваш типичный рабочий день?

Ну, у нас два сезона традиционно. Высокий сезон, летний, когда нужен отдых и мы проводим это время практически целиком на площадке – все в разных местах: кто на Валдае, кто в Подмосковье, кто в Чехии, кто в Геленджике, кто в Крыму –вот такая география у нас.
В этом году у нас еще будет Италия, Германия. И фактически под этот старт, под начало лета, подстроена наша деятельность в низкий сезон, когда мы тщательно планируем программы, заключаем договора, рекламируем себя в интернете, продаем путевки. Тогда же у нас проходит школа инструкторов «Робинзонады», школа руководителей – у нас там есть разные уровни. А дальше лето. И про себя мы вспоминаем только первого сентября, первое сентября у нас – настоящий праздник, потому что все кончилось.

Что самое сложное в руководстве клубом «Робинзонада»?

Самое сложное – это работа, связанная с согласованием действий, потому что направлений очень много и важно сконцентрироваться на тех направлениях, которые ты сделаешь хорошо и успешно со всех сторон. Не распыляться.

А что самого приятного в вашей работе?

Эта работа тоже очень похожа на путешествие. Путешествие – это что? Ты намечаешь маршрут, цели, определяешь препятствия, и потом реализуешь этот проект. И вот, именно работа руководителем клуба она такова – ты ставишь цели, придумываешь, какие будут новые программы, какие старые нужно улучшать. Меня увлекает именно проектность этой работы.
Самое главное, что мне безумно нравится – то, что есть реальная польза, которую ты видишь. Вот приехал ребёнок – сначала он такой стеснительный, зажатый, и ему страшновато. И вот, ты видишь, как инструктор вместе с ним идет к успеху: вот попробовали, поучились в школе Робинзонов, вот он отправляется на Робинзонаду, вот он радостный приходит с Робинзонады с победой! Да – чумазый, еще что-то, но, вместе с тем, – победитель! Вот он уже в майке Робинзона, вот у него какое-то есть движение вперед, у него уже глаза горят и он хочет двигаться дальше. Вот это, конечно, такая эмоциональная награда, за которую все, что угодно, можно дать – это как аплодисменты зрителей в театре. Работу артиста не назовешь легкой, но награда его в конце ждет и какая!

Так, теперь давайте о вас лично поговорим. Чем вы больше всего гордитесь в своей жизни?

Своей семьей. У меня большая дружная семья.

А как вы сами любите отдыхать?

На самом деле раньше мне очень нравилось отдыхать в походах и путешествиях, где я мог много двигаться. Мне и сейчас это нравится, но еще я очень люблю читать книжки, конспектировать, придумывать новые проекты. То есть, у меня как-то это все равно завязано на дальнейшие мои планы и проекты. То есть, мой отдых – это возможность уехать куда-то в какие-то более теплые края. Это зимой происходит, летом не получается, и там посмотреть что-то, поработать с книгами, придумать что-то новое, вернуться и реализовать.


А что за книги вы читаете?

Последнее, что я читал была книга Тони Бьюзена, посвященная так называемым интеллект-картам. Это популярного плана книга, она и в жизни, и в бизнесе хороша. В основном я читаю книги прикладного аспекта – они либо они связаны с психологией, либо с менеджментом. Еще из последнего Ричард Кох, принцип 80/20 – это тоже из такой литературы, полезной для меня, как мне показалось.

Еще прочитал Чалдини «Психология влияния». Очень интересная книжка и многие вещи в этой жизни объясняет, которые, казалось бы, непонятны.
Художественной литературы маловато читаю сейчас – в основном прикладную

Получается вас психология все равно не покинула, хоть вы и не поступили…

Я даже рад теперь, что не постпил. Ведь все равно моя жизнь теперь на стыке: психология, педагогика, туризм. Вот в этом треугольнике я и кручусь.

Еще я видела, что Вы когда-то попали в Книгу рекордов России со своим кругосветным путешествием, расскажите, как это было?

Там ситуация была такая: в какой-то момент я ехал в машине и слушал, как один путешественник на воздушном шаре пытался вокруг света облететь. К этому времени мы уже много где были – и в Саянах, и по России поездили – и на Байкале, и на Камчатке, и я подумал: елки-палки, человек на воздушном шаре летит, а мы же можем соединить наши путешествия в одно и сделать кругосветное путешествие!
И так возникла эта идея. И дальше, после того, как идея возникла, я стал думать, как ее реализовать, чтобы сэкономить. И тогда возникла еще более хитрая идея – попытаться путешествие сделать по одной параллели. То есть, не просто мотаться туда-сюда, а сделать маршрут по одной параллели и все время двигаться в одну сторону.
Ну а дальше уже жизнь подсказала, что надо делать поток параллельно которому живешь. Параллельно Москве – это 56, 55 параллель. У нас было названо «Путешествие по 56 параллели». К тому же мне интересно было сделать это с молодежью, со школьниками, поэтому возраст участников у нас был 16-21 год. И мы все время двигались на Восток.
Потом мы тоже стали думать: ну мы же не древние мореплаватели, поэтому идея была какая – поскольку у нас молодежь путешествует, динамичные ребята, то надо сделать его с использованием различных средств передвижения. И вот мы там на чем только не передвигались – ехали, плыли, летели, сплавлялись, спускались на эскалаторе. То есть от Москвы стартовали, по Красной площади шли пешком, потом на повозке и так собирались разные средства передвижения – это была такая фишка, что ли, своеобразная. Мы набрали больше 50 разных средств передвижения и в каждой точке остановки мы совершали какую-то яркую, необычную вещь.
На Урале мы сплавлялись по реке между Европой и Азией. Дальше с Урала мы ехали в район Байкала, и там у нас было восхождение в Байкальском хребте на пик Птица. Дальше мы проехали до Хабаровска, потом перелетели на Камчатку и там у нас было восхождение на действующий вулкан, он год назад взорвался. То есть на протяжении всего маршрута совершенно разная деятельность – там сплав, тут восхождение, там посещение вулкана.
Ну и дальше всю Канаду мы преодолевали разными способами.

А виз сколько надо было иметь, чтобы это сделать?

На самом деле, получилось, что немного – по России не надо, дальше Канада, Великобритания, Шенген. Вот, весь набор. То есть, 56 параллель проходит по северной части нашего земного шара, и мы были в Шотландии, Дании, Швеции и в Канаде. Попутно при перелетах перелетали через Тихий океан. Пересекали так называемую линию пересечения дат. Есть такая линия, в Тихом океане проходит. Когда ты летишь, и вдруг оказываешься во вчерашнем дне. У нас этот день длился 42 часа. То есть, мы с утра выехали во Владивосток, потом перелетели Сеул, потом летели из Сеула в Ванкувер, летели-летели и в итоге прилетели в час дня того же дня. А мы уже и поспали за это время – в Ванкувере мы были через 42 часа, и это продолжался все тот же день. Такая, интересная тема.

Классно. То есть, в книге рекордов России вы попали, потому что у вас было больше всего средств передвижения, нет? Поэтому?

Нет, мы попали как первое молодежное путешествие, потому что никто до этого не совершал таких. У нас самому молодому участнику было 13 лет, а в основном 16-21. Мы подавали документы и в Книгу рекордов Гиннеса, но там не очень-то любит россиян. Как-то затерялась там наша заявка и ответ пришел, что если все будут ходить по параллели, то какие это кругосветные путешествия?
После я даже написал книжку про кругосветку, в которой подробно описал все приключения, с которыми нам пришлось столкнуться.

Спасибо, Алексей Леонидович, за ваш необычайно интересный рассказ о совершенно ином виде отдыха, о возможностях, которые открываются участникам Робинзонады, о вашем необычном путешествии и о том, как добиться того, чтобы заниматься своим любимым делом и приносить радость детям!

 

Если ты также хочешь найти свое призвание – участвуй в онлайн-курсе “Поиск любимого дела” от проекта На своем месте – это увлекательное путешествие длиной в месяц: более 20 заданий на определение твоих  талантов, способностей, целей и желаний,  это тесты по проф. ориентации и полное заключение от профессионалов по направлениям, где тебе стоит искать свое дело. Войди в Новый год с новой профессией!

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s